Алексей МИХАЙЛИЧЕНКО:

Алексей МИХАЙЛИЧЕНКО: "Меня вызвали в Москву, показали резолюцию Лобановского – что он разрешает мой переход в московское "Динамо"

Бывший игрок и главный тренер «Динамо» Алексей Михайличенко вспомнил, как в 1986 году он мог оказаться в «Динамо» Москва.

– Сезон 1986 года, вы уже полноценный игрок основного состава киевского «Динамо» – 20 матчей, 12 голов. Можете подтвердить или опровергнуть, что другое «Динамо», московское, интересовалось вашей кандидатурой?

– Да. Это было как раз когда Лобановский был на сборах в Москве на подготовке к ЧМ. Видимо, там его пресонуло руководство ЦС «Динамо», генерал Богданов.

Я тогда, еще до ЧМ, был в 16, но основным игроком еще не считался. А Малофеев тренировал «Динамо» Москва и очень хотел, чтобы я перешел.

Меня вызвали в Москву, где показывают резолюцию Лобановского – что разрешает мой переход в московское «Динамо» до конца сезона. Богданов говорит: «Так и так – подписывай». Я говорю: «Хочу подумать». А моя жена и сын были в Москве в то время.

«Ты подписывай – трехкомнатная квартира и «Волга» тебя уже ждут под подъездом». – «Я хочу подумать». – «Да ты подписывай. Если ты не захочешь – мы аннулируем».

Я подписываю, еду после этого общаюсь с женой. Она опустила голову, я опустил голову – ну очень не хочется. После этого я еду во Внуково в аэропорт, бросаю две копейки, звоню в приемную Богданова и говорю: «Я не приеду». Все.

На следующий день за мной заезжают динамовские руководители Дяченко и Баула, подгоняют автобус киевского «Динамо» мне под подъезд и везут меня в Москву – с двух сторон держат и везут. Они были белыми, как снег – видимо, получили очень хорошо.

Я приезжаю, опустил голову, говорю: «Нет». Что я выслушал от Богданова – это не нужно вам слышать. «Мы тебя вырастили, мы тебе все дали – а ты к нам не хочешь. Мы отправим тебя в Сибирь, в армию». А я уже отслужил и не подписывался на звание, я свободен. И он когда это увидел – ничего. В общем, я вернулся и сказал, что я не буду.

После этого – не знаю, как оно утряслось. Валерий Васильевич никогда даже не вспоминал об этом инциденте. Потом я начал все время играть, и у нас же главная игра была – с «Динамо» Москва за чемпионство.

Две игры у нас было. Первую в манеже [в Москве] мы сыграли 1:1, если бы мы проиграли – они бы уже были чемпионами, а так на 1 очко впереди были. Потом 3 декабря в Киеве мы их 2:1 обыграли и стали чемпионами. Так что я все равно был бы чемпионом – либо в московском «Динамо», либо в киевском. Шучу.

Но для меня было тяжело принять это решение, потому что я мечтал играть только в «Динамо» Киев, больше нигде. У меня не было ни машины, ни квартиры, но меня это не радовало бы. Я понимал, что теряю свою мечту, поэтому хотел еще побороться.

– Я так понимаю с ваших слов, что руководство киевского «Динамо» было немножко возмущено этой историей.

– Думаю, что само руководство – да, они получили нагоняй. Не руководство клуба – а республиканское и городское, они могли лишиться своих должностей.

– У вас не было внутренней обиды на Лобановского, что он очень свободно разрешил ваш переход?

– Конечно, немножко было, потому что сначала я решил, что если я не нужен киевскому «Динамо», то меня не отдадут как вещь куда-то, куда им нужно – а я уйду сам.

Но потом когда команда вернулась, когда мы начали играть, когда я начал забивать, все забылось. Видимо, эта злость, которая накопилась во мне, выплеснулась в нужном направлении. Это какая-то судьба, она должна быть, – сказал Михайличенко.