25 декабря 2013 13:40
2

"Рубин" – это не только Бердыев". Правила жизни Курбана Бердыева

«Рубин» – это не только Бердыев. Это группа единомышленников. Трудно найти людей, которые умеют работать. Зато если найдешь, они спать не будут, пока свое дело не сделают.

Горжусь тем, что работаю с казанским клубом, и никуда не собираюсь уходить. Это не пустые слова. У меня еще много работы в Казани, которую нужно завершить.

У меня много четок. Какие-то сам привозил, что-то дарили. Многие думают, что это примета. Нет. Это и не примета, и не традиция, а просто необходимость. Во время игры я чувствую, что они должны быть у меня в руках. Без четок я себя просто плохо чувствую физически. Было несколько матчей, во время которых у меня не оказалось при себе четок – так уж получилось не по моей вине, и я чувствовал себя всю игру некомфортно, как будто мне чего-то не хватало. Поэтому для меня очень важно, чтобы я каждый раз имел при себе четки. Думаю, что многие мусульмане меня поймут.

Когда я в Джамбуле тренировал, приезжал на выездные игры в костюме, а потом поехали в поездку, а я утром штаны прожег утюгом и поехал в спортивном костюме, так и пошло с тех пор. И мы выиграли. Думаю, так и оставлю. И ничего – никакая проигрышная серия или что-то подобное не побудит меня нарушить эту традицию. Думаю, это навсегда. 

Пусть собаки лают – главное, чтобы наш караван шел. Матч с ЦСКА не был договорным и я не покупал «бронзу» у Газзаева. Мы заслужили медали своей игрой. Шли к победе весь сезон, не расслабляясь ни на минуту. Для «Рубина» каждый матч был как последний. Перед решающим 30-м туром я собрал ребят, попросил выложиться до конца. А там уж, говорю, как Аллах даст.

Нельзя обливать людей вдогонку грязью. Взять, к примеру, Унаи Эмери. Знаю его давно: очень квалифицированный и талантливый специалист. От того, что он делал в «Спартаке», я получал огромное удовольствие. От тех черточек, которые он только начинал прививать команде. Специально смотрел все игры «Спартака» после того, как Эмери его возглавил. Понимал, какую цель он поставил перед собой, любовался движением Эмери к этой цели. Испанец мог перепрыгивать через ступеньку, спешить. Потому что в такой команде тренер всегда ощущает сумасшедшее давление. Возможно, это его и сгубило. Нельзя обливать таких людей вдогонку грязью. У них есть квалификация, и они пытались честно сделать свое дело. Даже если не получилось – они хотели дать толчок российскому футболу.

Я никогда не боялся сложных задач. Когда меня приглашали в Казань, «Рубин» тогда был средненьким провинциальным клубом. Мне сразу сказали: первый дивизион – лишь промежуточный этап. Нужно попасть в премьер-лигу. Причем за год.

Чтобы «Рубин» заиграл, нужен был результат
. К сожалению, с советских времен к нам пришло: дом надо строить с крыши. Красивая крыша – это результат. А то, что он стоит на соломенных сваях, никого не волнует. Мы эту крышу сделали красивой – заняли третье место в 2003 году. А потом уже стали кирпичи подкладывать и дом этот выстроили. Я как тренер понимал: не будет крыши – не будет ничего остального. Тот футбол, в который мы играли только на результат, как раз способствовал этому.

Все вокруг кричат, что у «Рубин» много денег. А вы знаете, что в этом сезоне ребята несколько месяцев сидели без зарплаты? (интервью от 22.01.2010) Не знаете... Но игроки были спокойны, потому что за те семь лет, что я работаю с командой, не было еще случая, чтобы кому-то что-то не выплатили.

Мы хотим быть узнаваемыми постоянно. Если говорить о сегодняшнем дне, мы понимаем: мы играем в Лиге чемпионов, в Лиге Европы; ну, вышли мы из группы, а что дальше с этим футболом от обороны? Может быть, прошли еще один круг. Но нас это не устраивает. Мы хотим быть узнаваемыми не только победой над «Барселоной», очень значимой для нас. Но для этого нужно менять футбол. С тем футболом, в который мы играли, невозможно быть там постоянно.

Мы знаем, куда и зачем идем. У нас хорошие отношения с «Барселоной» – я сам присутствовал на тренировках детских команд «Барселоны». Нас туда пустили и десять дней я смотрел все тренировки всех возрастов, разговаривал с детскими тренерами. Мы понимаем суть тренировочного процесса, мы понимаем, куда и зачем мы идем. Сейчас мы только тронулись. До этого строили насыпь и укладывали рельсы. А сейчас сели в поезд, который только-только начал двигаться.

Никогда не говорил, что мы будем играть как «Барселона». Журналисты неправильно подали информацию. Пресс-конференция после матча с «Твенте», в котором мы хорошо контролировали мяч. Я сказал, что примем этот футбол за основу. Вопрос корреспондента: «Что вас на это подвигло?». Я отвечаю: «Матчи с «Барселоной». Все! Меня неправильно поняли, и я вынужден себе в ущерб каждому что-то объяснять. Лучше бы вообще не говорил ничего.

Под задачу мы набираем игроков. Вот трансфер Карлоса Эдуарду. Не было бы продажи Бухарова – не было бы трансфера Карлоса Эдуардо. Мы просто поменяли своего воспитанника на игрока сборной Бразилии. То, что он получил травму, стечение обстоятельств. Кака в «Реале» тоже получил травму – от этого никто не застрахован.

Необходимо создать такие условия в клубе, чтобы и молодой, и опытный игроки раскрывались. Когда Чори вернулся из «Зенита», он шел на базу напряженный, думал, как он второй раз в эту реку войдет? Когда охранники, работники поля, другие сотрудники базы узнали, что идет Домингес, все бросили дела и побежали в холл. Когда он зашел, начали его обнимать: Чори приехал! Чуть позже вышел наш повар, посмотрел на него и сказал: «Чори, как ты похудел!». Обнял – и быстро в столовую. И Чори понял: он попал домой.

Как я приезжаю, обязательно «Ак Барс» проигрывает. Ни разу еще не выиграл. Даже по телевизору мне нельзя смотреть. Например, сидят мои друзья и говорят: давай хоккей по телевизору посмотрим? Отвечаю: «Вот сейчас включите, «Ак Барс» проиграет». Да ладно. Включают, «Ак Барс» пропускает, 1:2 «горим», в конце концов проигрываем…

Я никогда не пойду на «живое» место, тем более, если это место занимает отечественный тренер. И если говорить откровенно, я попросил президента: «Дайте мне интернат». Чтобы я им руководил, и никто в эту работу не вмешивался, если будет какое-то иное решение. Казань – мой город, и мне нужно инфраструктуру достроить. Хотя, безусловно, можно поехать работать и в другие страны, и в другой клуб.

Когда к Богу пришел, бросил пить и курить. Водке предпочитаю сок или чай. Дымил раньше, как паровоз. Но расстался с сигаретами очень легко. А еще я человек очень домашний. Тусовки не люблю. Но иногда приходится на них ходить: людей нельзя обижать.

В каждом городе, в котором мы играем, в день матча посещаю мечеть
. Если нет мечети, хожу в молитвенный дом. Но вот в Грозном, когда я был в тамошней мечети, примерно такое же ощущение у меня было, как в Мекке. Когда сейчас (конец 2012-го года) мне было тяжело, то подумал, может мне в Грозный слетать? В эту мечеть. Каждому мусульманину, если есть такая возможность, необходимо сделать умру. Если можешь себе позволить хадж, то это обязательно. Для меня становится жизненной необходимостью каждый год бывать в Мекке. Сейчас конец сезона, и я жду, когда все уладится, надо туда съездить. Иначе я уже не могу. Уже не хватает этого. Когда долго не бываешь там, – ощущение дискомфорта.

«Рубин» – не закрытый клуб. Вы постучитесь – вам дверь откроют. И это не только про журналистов. Хотите посмотреть тренировочный процесс детей, узнать, что это такое, – Бога ради, пожалуйста. Но когда меня заставляют после игры что-то ответить, я еще не осмыслил. Поэтому стараюсь говорить коротко ни о чем.

Я закрыт после матча, после игры. Когда я не хочу говорить просто так. Мне нужно время, чтобы сказать взвешенно и обдумано. Когда ко мне подходят с просьбой о серьезном интервью, если я готов говорить о серьезном, то я не против. А просто давать интервью, чтобы была моя фамилия в СМИ, отвечать на вопросы ни о чем, я не хочу. Вы должны понимать, есть Валера Карпин. У каждого есть свое. Я такой, какой я есть. Не хочу и не буду меняться.

Сколько на меня грязи льется. Но когда выясняется, что это ложь, никогда не произносят извинений. И дальше так идет. Поэтому, когда Максим приносит мне такую пачку прессы о нас, я говорю: «Максим, убери ее, приноси мне то, что считаешь нужным. Потому, что все читать – это просто с ума сойдешь!».

Лимит на легионеров нужно отменить полностью или хотя бы сократить. Любые искусственные меры не могут идти на пользу. В Советском Союзе что только не придумывали. Это ни к чему не привело. Тем не менее мы продолжаем идти по тому же пути. Каждый год перед клубами ставится задача – удачно сыграть в еврокубках. Но как в них добиться чего-то существенного, если мы ограничены в игроках?

Клубная аура очень важна и она начинается со шлагбаума, от охранника. Кто там стоит, просто вам помашет и искренне улыбнется, или человек, который просто махнет, и такая же уборщица, и такой же повар. Или человек, который все по домашнему сделает. Когда я вижу, что дворник, которому надо прийти в 8, а он приходит в 6 и начинает работать, он искренне это делает, его никто не заставляет, он сам приходит, ему не надо два раза объяснять. И другое дело, когда нужно по десять раз повторять, тому же дворнику, зачем такой дворник нужен? Если у вас свой дом, вы ведь будете менять, если он плохо работает? Недобросовестного охранника вы тоже поменяете, то же самое и здесь, просто здесь объем больше. Все должно быть единым.

Бердыев не держится за должность вице-президента и за должность главного тренера. Если бы пришел человек, который понимает во всем этом хозяйстве, например, Ули Хённесс. Тот же Дима Самаренкин – если бы он понимал в этом, если бы у него было умение управлять, елки-палки, я бы только рад был. Потому что пришел управленец, который знает как. И он добавит обороты, выведет клуб на более высокий уровень.

Взгляд профессионального тренера – это одно, а производителя майонеза – другое. Я около сорока лет в футболе, из них 25 лет в качестве тренера, и только два года назад для себя выстроил то, к чему шел. Теперь я точно знаю, чего я хочу. Но к этому пониманию - чего я хочу, как развивать футбол, каким будет его завтрашний день и как выстраивать клуб, я шел долго. Думаю, Самаренкин говорил с позиции любителя, потому чтобы претендовать на большее, надо больше знать. В этом и были стратегические разногласия. Ну и по направлению развития детско-юношеского футбола. Для того, чтобы выбрать то направление, в котором мы сейчас работаем, я посмотрел, как работают школы в Испании, Германии, Голландии, Латинской Америке – а это большой объем работы.

В попечительском совете у меня со всеми теплые отношения.
Они могут критиковать, ругать, требовать. Но отношения всегда хорошие человеческие, даже когда я думал, что точно уйду из «Рубина», я искренне с этими людьми попрощался. Когда с Самаренкиным у нас произошло недопонимание я думал, что ухожу, тогда и поблагодарил. Я им благодарен за ту поддержку, на протяжении стольких лет. Финансовые возможности ограничены у всех, всем сложно, особенно в критической ситуации с этим кризисом. Но всегда чувствовалось, что у них есть желание помочь, другое дело возможности. Всегда поддерживали, хотя критиковали и жестко критиковали. И сейчас критикуют жестко, но это нормально, так должно быть, потому что они вкладывают деньги и естественно требуют за них. Но это не враждебная критика, она позитивная. Люди хотят понять, что происходит, хотят увидеть результат своих вложений.

Приглашение на Форум элитных тренеров УЕФА – это заслуга всего нашего тренерского штаба. Жду, что будет интересно, и я смогу многое почерпнуть для себя. Но для меня, прежде всего, что это возможность встретиться с людьми, которых я очень уважаю. Ведь никто лучше тренеров не знает проблем футбола.

Видимо, «Рубин» кому-то мешает. Может, не нужно, чтобы немосковские клубы играли в Европе? Это беспредел, другого слова нет. Какие меры могут быть... Ну мы напишем что-то, и что дальше? В прошлом году мы не пробили девять пенальти. В этом году начинается все тоже самое. Пусть объявят заранее, кто и какие места должен занимать. Ребят жалко. Они в раздевалке со слезами после этого беспредела. Иностранцы понять не могут, они плачут. Подходят: «Коуч, что это такое?» А что коуч может сказать?.

За 10 лет «Рубин» стал узнаваемым в Европе, выиграл два чемпионата России, два Суперкубка и кубок страны, становился бронзовым призером. Эти результаты – плоды труда, как руководителей, так и всего футбольного хозяйства Казани. Что касается философии, то нам хотелось бы, чтобы «Рубин» был узнаваемым в Европе. Но для этого нужно еще очень много работать.

После победы над «Барселоной» народ, на улицы вышел, как мне сказали. И ОМОН тоже, чтобы беспорядков не было. Все рады, а у меня телефон от звонков разрывается. Из Средней Азии, из Туркмении и Казахстана друзья звонили. Ребятам после игры сказал в раздевалке: это историческая победа. Каждому из них она запомнится на всю жизнь. Они могут еще многого достичь, но выиграть у лучшей команды мира на ее поле – это дорогого стоит.

«Вы чего сидите так тихо, вы же «Барселону» обыграли!», – зайдя в раздевалку после победы на Ноу Камп. (из интервью Сергея Рыжикова Sports.ru)

Что-то в жизни нужно сделать до конца. У меня были предложения и из-за рубежа. Но я их сразу отклонял. Хочу закончить начатое в Казани, чувствую личную ответственность за создание футбольной инфраструктуры. Надеюсь, у меня это получится.

Для создания текста были использованы материалы из следующих изданий: Советский Спорт, Спорт-Экспресс, Бизнес Онлайн, Sports.ru, Центразия, Info-Islam, bobsoccer и официальный сайт футбольного клуба «Рубин».

сильнейший специалист и мудрый человек! удачи, Курбан Бекиевич
http://www.sports.ru/tribuna/blogs/rubin/546185.html