​Виталий КВАРЦЯНИЙ: "Надо вызвать в сборную 50 человек и тренировать их с 6 утра до 12 ночи. И рубиться, как собаки"

— Матчи будут очень интересными, все команды плюс-минус равные. Плохо, что не было товарищеских игр. Тренеры за короткое время должны быстро гармонизировать обстановку. Знаете, как надо готовить? Вызвать 50 человек и тренировать их с 6 утра до 12 ночи. И чтобы на тренировках надевали щитки с двух сторон! По 15 шипов! И рубиться, как собаки! Кто выживет в этой мясорубке, тот и должен играть в основе.

А то начнут эти квадратики, дыр-дырчики, «кукурику», легкие передачи с улыбкой... Это ничего не дает. Наденьте на них еще специальные тяжелые футбольные жилеты для развития координационной силы. Поставьте 10 игроков основы против 15 резервистов, пусть прессингуют. И пусть основа попробует выйти из-под этого давления. А не устраивать маскарад на тренировке, а потом мы удивляемся и хотим, чтобы наша сборная переиграла менталитет европейцев. Если будут их беречь и жалеть — снова чего-то не хватит.

Тренерам сборной надо работать так, чтобы мы соскучились по стабильным победам. Тренер не должен только микроклимат создавать и быть добрым для мажорных футболистов. Подготовка в мажорном стиле приводит к тому, что нам всегда чего-то не хватает — зимой лета, а осенью весны. Надо биться на поле.

Каждый игрок сборной должен думать, как вовремя приехать в лагерь национальной команды, чтобы как можно лучше уловить то, что от него хочет тренер. А это не только теория и квадраты.

Должна быть практика – сотни тысяч подач, ударов. Именно над этим должны работать на тренировках, а не бояться, что кто-то потянет заднюю. Это называется ударный метод тренировочного процесса, когда за короткий период тренер должен охватить максимальное количество практических занятий с мячом. Это шлифовка индивидуальных возможностей благодаря дриблингу. Один футболист должен по десять раз за тренировку пытаться обыграть по пять защитников и наносить удары с разных позиций, потому что у нас ударов почти нет, а удары – это голы.

Теорию ночью надо делать, нечего спать. Я в 22.00 проводил и ничего страшного, – сказал Кварцяный.