12 июня 2020 08:38

Моя жизнь в сборной. Александр Шовковский:"В Словении я все делал правильно"

В проекте zbirna.com «Моя жизнь в сборной» бывший вратарь киевского Динамо, один из главных гвардейцев национальной команды Украины Александр Шовковский рассказал, как выступал за сине-желтых в отборочном турнире чемпионата Европы 2000 года.



«В 12-ти матчах пропустили с игры два мяча»


— В отборочном турнире чемпионата Европы 2000 года сборная Украины попала в очень интересную группу, — говорит Александр Шовковский. — Причем непонятно, каких матчей болельщики ждали больше — с французами, которые были на тот момент чемпионами мира, или с россиянами, которых считали на тот момент «братским народом». Поединки против этих команд мы, считаю, провели на высоком уровне, но допустили две осечки. Дома не обыграли Исландию, а в гостях — Армению. Пожалуй, именно эти ничьи не позволили нам занять первое место в группе и напрямую попасть на континентальное первенство. Наша сборная этого заслуживала. Тренеры подобрали очень приличную команду, в которой царил прекрасный климат, а на первом месте стояли принципы коллективного футбола. Мы вместе атаковали и вместе защищались. В том отборочном цикле сборная Украины пропустила всего семь мячей, при этом пять из них стали следствием стандартных положений. Получается, что с игры нам забили только дважды. Два гола — в 12-ти матчах. В обоих случаях это было во встречах со Словенией, и каждый из этих мячей получился по-своему нелогичным…


«Йожеф Сабо не советовал нам читать газеты»


У некоторых из нас уже был опыт противостояния с представителями российского футбола на клубном уровне. В 1994 году Динамо встречалось со Спартаком в Лиге чемпионов, но тогда не было такого накала страстей, как на этот раз. Разговоров тоже хватало, и нас от них все время пытались уберечь, но на этот раз политическая подоплека была выше просто в разы. Перед матчем в Киеве, а он открывал весь отборочный цикл, главный тренер сборной Украины Йожеф Сабо даже ввел для нас определенные запреты — не рекомендовалось разговаривать по телефону и читать газеты. Но мы и так понимали, что на фоне этих поединков будут сравнивать футбол в двух странах. Создавался невероятный и где-то ненужный ажиотаж. В особенности перед игрой в Москве — там была такая пропаганда, что порой люди не стеснялись в выражениях и оскорблениях. В Киеве больше запомнилось другое — это поддержка наших болельщиков. Когда мы ехали на игру, весь Бульвар Леси Украинки — сверху до низу и по обе стороны — был заставлен автобусами в два ряда. Проехать было практически невозможно! Трибуны стадиона оказались заполнены под завязку. Вся эта энергетика передавалась команде, лично я не мог ее не ощущать. Поддержка зрителей сыграла свою роль в нашей победе. 3:2, мы начали турнир на мажорной ноте.


«В Париж ехали в ранге лидеров группы»


Впрочем, нашим главным соперником, а мы настраивались на борьбу за первое место в группе, все-таки была сборная Франции. Как раз в 1998 году она стала чемпионом мира, но нас это не пугало. Да, мы понимали, что это прекрасная команда с прекрасными исполнителями — Фабьеном Бартезом и Лораном Бланом, Марселем Десайи и Дидье Дешамом, Зинедином Зиданом и Робером Пиресом, Юрием Джоркаеффом и Кристофом Дюгарри. Там были одни звезды! Но у многих из нас уже вырабатывалась психология победителей, у сборной были свои козыри, и мы ими пользовались. Нам было очень приятно, когда мы ехали в Париж в качестве лидера группы. В двух матчах с французами мы сыграли вничью, и я горжусь, что не пропустил от них ни одного мяча. Для команды в целом и для меня в отдельности эти игры получились удачными, мы провели их на высоком уровне, хотя мне запомнился момент выездного поединка, когда в конце встречи Андрей Шевченко вышел один на один с Фабьеном Бартезом. Многие до сих пор считают, что наш нападающий хотел пробить голкиперу между ног, но это все глупости! Расстояние от форварда до вратаря было не больше шести метров, и он решил ударить на силу. Возможно, в тот момент Шевченко еще не хватало опыта и хладнокровия, чтобы реализовывать такие эпизоды на таком уровне, ведь времени на принятие решения было достаточно. Но, поверьте, у него не было желания забить каким-то невероятным образом — было желание просто забить. Это почти то же самое, когда вспоминают мой гол с пенальти в ворота Шахтера на Суперкубок Украины в 2004 году. Да не было у меня тогда никакого желания унизить свою коллегу — Яна Лаштувку! Просто по ходу серии пенальти я анализировал его поведение — ни больше, ни меньше. Вот и принял для себя такое решение: пробить после легкой паузы.



«Оборонялись все — и Андрей Шевченко, и Сергей Ребров»


Та сборная Украины отличалась своими коллективными действиями, особенно — в обороне. Защищались мы всей командой, все хорошо помнят, как отрабатывали назад даже Андрей Шевченко и Сергей Ребров. Немаловажной была сыгранность двух центральных защитников — Владислава Ващука и Александра Головко. Я не буду сейчас оценивать всех своих бывших партнеров, но у этой пары было практически идеальное взаимопонимание. И между собой, и со мной. У нас были хорошие взаимоотношения и на поле, и за его пределами. Мы знали, на что способен каждый из нас, и все это нам помогало. Порой хватало одного взгляда, положения мяча под ногой, позиции относительно нападающего, чтобы понять — сейчас будет то или иное действие. Конечно, большой плюс был в том, что долгие годы мы вместе выступали в Динамо, но я встречал статистику, согласно которой в сборной мы провели с Владиславом Ващуком 40 совместных матчей, а с Александром Головко — 35. Думаю, это серьезный показатель.


«Подключения Ващука привели к двум забитым мячам»


У Ващука была уникальная способность к атакующим действиям. Много забивал и Головко, но он это делал, в основном, после стандартов, а Влад — с игры, в контратаках. Не могу сказать, что это было требование Валерия Лобановского или Йожефа Сабо — подключаться к атакам. Дословно было так. «Кто должен идти в атаку?», — спросил как-то Валерий Васильевич. Все и ответили: «Нападающие, полузащитники, крайние защитники». Но тренер сказал: «Тот, кто успевает по темпу». Перехватил мяч, завладел им и получил возможность идти вперед — ты обязан это делать, а не отдавать пас и прятаться на свою позицию. Тогда это еще называлось разумной универсализацией. Лобановский всегда подчеркивал, что, если защитник оказался на месте нападающего, он должен действовать как нападающий. И наоборот. Я не могу сказать, что меня, как вратаря, сильно тревожило, когда центральный защитник оставлял свою зону и бежал вперед. У нас всегда была взаимозаменяемость, это практиковалось на тренировках. На первом месте стоял результат, и лично мне было все равно, кто забьет гол — нападающий, защитник или болельщик, выбежавший на поле с трибуны (улыбается). Кстати, в том отборочном турнире подключения Владислава Ващука из глубины поля помогли нам забить два мяча. В матче с Россией он, выдвинувшись вперед, отдал голевой пас на Сергея Скаченко, а во встрече с Исландией — отличился сам.


«Игра Бартеза мне не сильно импонировала»


В отборочном турнире я не принимал участие только в двух матчах — в июне 1999 года, уже после окончания клубного сезона, не играл против Андорры и Армении. Точно уже не вспомню, но, кажется, у меня было повреждение голеностопа. Вылетел практически на месяц, чем, точно помню, раздосадовал Йожефа Сабо. В Ереване, кстати, как раз и допустили осечку — сыграли 0:0. Но армянам мы забивали дома, а вот французам — ни разу в двух поединках. Так и не удалось распечатать ворота, которые защищал Фабьен Бартез. Хотя, признаюсь, игра этого голкипера мне не сильно импонировала. Чересчур уж он был, на мой взгляд, эпатажным. Не все его действия нравились и служили, скажем так, эталоном. Но! Чемпионат мира 1998 года Бартез отыграл просто фантастически. Во многом его заслуга в том, что Франция выиграла золотые медали этого мундиаля. У каждого человека всегда были и есть какие-то личные симпатии, и я не исключение. При этом всегда старался, чтобы они не мешали мне без эмоций анализировать действия других футболистов — партнеров или соперников. Ситуация с вратарем сборной Франции из этой серии. Личных симпатий к нему не было, но не отдать должное тому, что он сделал, я, конечно же, никак не мог.


«В Москве в наш автобус полетела бутылка от пива»


Финал группового турнира ждал нас в Москве. Перед заключительным туром расклад был таким: Украина — 19 очков, Россия — 18 очков, Франция — 18 очков. Россияне провалили начало квалификации, но после того, как на посту главного тренера Анатолия Бышовца сменил Олег Романцев, они резко набрали ход и наверстали упущенное (шесть побед кряду после трех поражений на старте). В день нашей личной встречи с Россией французы принимали Исландию, у которой, к слову, было 15 очков. Каждая из трех команд в теории могла занять и первое, и второе, и третье место. В принципе, все было в наших руках, но игра складывалась таким образом, что мы были рады и ничьей, которая выводила нас в плей-офф. В Москве нас поселили в гостинице при украинском консульстве — спрятали подальше от людских глаз. Правильно сделали, потому что, когда наша команда подъезжала на стадион, в автобус полетела… бутылка от пива. Хорошо, что она была открыта — только благодаря этому «снаряд» не угодил в стекло, а опустился чуть ниже. Вот вам и плоды той истерики, которую подняли в СМИ. Вся эта политическая пропаганда, которая была не только неприятной, но и, простите, противной, возможно и сослужила злую шутку со сборной России. Ведь тот же Александр Филимонов провел очень хороший матч, но в последний момент…


«Давление в СМИ наверняка повлияло на Филимонова»


Перед игрой было много сравнений, но не все они носили, скажем так, аналитический характер. Проводили параллели и между вратарями. Хорошо помню, что Александра Филимонова сравнивали с Годзиллой, а меня — с… ягненком. Мол, растопчет чудище бедное животное (улыбается). Задавит, уничтожит — грубых и пафосных эпитетов хватало, и весь этот груз, считаю, и лег на плечи вратаря российской команды. Ведь, анализируя гол Андрея Шевченко, можно смело говорить, что это была техническая ошибка неправильного принятия решения. А неверные поступки чаще всего бывают из-за психологии и эмоций. В том эпизоде Филимонов мог совершенно спокойно перевести мяч на угловой, и почему он решил его ловить, сложно понять. Поэтому и объясняется это все исключительно тем давлением, которое было в СМИ. Ведь, еще раз подчеркну, вратарь практически безупречно провел всю игру, но одна ошибка стоила всего результата. Мы вышли в плей-офф, заняв второе место в группе. Французы, хоть и не без труда, обыграли исландцев, хотя на 70-й минуте в этой встрече было 2:2.



«В Любляне вышла какая-то странная игра»


В стыковых матчах нам попалась Словения. Там были разные варианты, но после Хорватии и с учетом других возможных соперников, общественность все время акцентировала внимание на том, что это пусть и не проходной, но вполне проходимый противник. Дескать, мы обязаны. Почему так решили, не знаю, но у словенцев тоже были свои амбиции, и там тоже писали, что им досталась команда, с которой можно бороться. Впрочем, на наш настрой это никоим образом не повлияло — ни о какой недооценке не могло быть и речи. Матч в Любляне начался для нас хорошо — мы выиграли первый тайм благодаря голу Андрея Шевченко. Но после перерыва начались необъяснимые вещи, пошла какая-то странная игра. У нас было два спорных удаления, а потом случился этот гол Миленко Ачимовича. Разумеется, к нему привела моя техническая ошибка. Но, в то же время, если возвращаться к этому эпизоду, то я бы ничего не менял — в следующий раз, повторись ситуация, сыграл бы точно так же. Я видел, что к этому мячу никто не бежит. Понимал, что успею. Все делал правильно, но, когда выбивал, мяч просто свалился с ноги и по невероятной случайности попал прямо к сопернику. Я хотел сделать вынос по бровке, подальше, но, к сожалению, не повезло.


«После матча в Словении тренерский штаб был подавлен»


Парад не совсем логичных событий продолжился и в Киеве. Тогда снег действительно свалился всем нам на головы, у нас почему-то не оказалось красного мяча, и, даже забив нужный гол, мы пропустили после обидного рикошета. Мне запомнилась какая-то подавленность тренерского штаба перед этой игрой. Да, мы уступили в гостях — 1:2, но это был, как говорится, рабочий счет. Все было в наших руках, но лично я ощущал всю эту нервозность, хотя от главного тренера, наоборот, должна исходить уверенность. Уже отмечал, что считаю Йожефа Сабо хорошим специалистом, но эмоции ему иногда мешали. Помешали и на этот раз, наряду с нашими, разумеется, ошибками. В конце киевского матча я даже пошел в атаку — на угловой. Точно не скажу, первый ли это был подобный опыт, но больше всего запомнились три эпизода. Мог отличиться в поединке с Кривбассом, но в том моменте меня удачно опередил Максим Шацких, а я стоял за ним, и мне оставалось просто направить мяч в сетку. В игре с Бешикташем даже нанес неплохой удар практически в пустые ворота, но мяч встретил на пути… голову Айилы Юссуфа. Тогда, со словенцами, кажется, тоже был близок к тому, чтобы пробить, но свой гол я так и не забил. Мы не попали на Евро-2000, проиграли второй плей-офф кряду. С того времени стыковые матчи и начали носить для сборной Украины какой-то роковой характер…


Евгений ГРЕСЬ