2 мая 2019 14:06

Как массовая волна советских талантов навсегда изменила футбол Европы

В конце 80-х и начале 90-х годов минувшего века волна одаренных, но в значительной степени недооцененных футболистов хлынула на просторы Западной Европы с Востока. Они пришли из государства под названием Союз Советских Социалистических Республик, которое находилось в процессе прекращения своего существования.


Состоящие в союзе страны вновь открыли для себя национальную идентичность и после ряда политических потрясений начали отделяться от колоссальной по своим масштабам центральной власти, которая связывала их всех между собой в один огромный Союз. Незначительным следствием этого серьезного системного политического катаклизма стал распад того, что когда-то было достаточно грозным, хотя и загадочным явлением, - советского футбола.


Тихая, но существенная утечка талантов происходила во всех сферах советского общества, начиная с конца 1980-х годов, когда благодаря перестройке ослабился контроль коммунистической партии над государством. Футбол до поры до времени казался неуязвимым, но трансфер полузащитника московского «Торпедо» Сергея Шавло в венский «Рапид» в июне 1987 года стал первым реальным показателем того, что дело сдвинулось с мертвой точки.


Менее чем через год состоялась еще более серьезная сделка: в марте 1988 года Олег Блохин, один из золотых мальчиков советского спорта последних двух десятилетий, перешел из киевского «Динамо» в провинциальный «Форвертс» из австрийского города Штайр. Украинскому нападающему на тот момент было 35 лет, он являлся лишь тенью себя прежнего, поэтому этот переход не стал большой потерей для советской футбольной лиги, но отличался большим символизмом. После Льва Яшина Блохин был, возможно, самым сильным и ярким футболистом в истории советского футбола. Добровольная экспатриация такого игрока в прежние годы была бы абсолютно невозможной.


Несколько месяцев спустя другой выдающийся вундеркинд из «Динамо» сделал свой шаг в сторону Запада. Александр Заваров, признанный лучшим футболистом СССР в 1986 году, перешел в «Ювентус» всего через несколько недель после впечатляющей игры на чемпионате Европы-1988, где советская сборная заняла второе место.


Если переход Блохина мог рассматриваться просто как последний вызов для увядающего мэтра советского футбола, то подобного нельзя сказать о трансфере Заварова. Советская лига потеряла одну из лучших своих звезд, находящуюся в расцвете сил. Уже в ноябре 1988 года Ринат Дасаев, ключевой голкипер московского «Спартака» и первый номер сборной, оказался в испанской «Севилье». Это значит, что к концу года Советский Союз потерял трех своих самых известных игроков.


Шлюзы открывались со скрипом. До этого момента страна, за очень небольшим исключением, твердо удерживала своих футболистов на родине, регистрируя их в качестве номинальных «работников» государственных учреждений, которым были подконтрольны футбольные клубы. Такой подход гарантировал, что советские игроки будут оставаться в стране, но также сильно ограничивал их потенциал для заработка. В связи с тем, что в конце 80-х годов после объявления гласности был запущен процесс приватизации, клубы под названием «Динамо» стали пионерами в этом отношении, а их футболисты получили возможность избежать финансовых ограничений. В 1989 году последовали не менее крупные сделки, в частности, уход обладателя «Золотого мяча» 1986 года Игоря Беланова из «Динамо» Киев, а также Сергея Алейникова из «Динамо» Минск и Александра Бородюка из «Динамо» Москва.


Но полноценный отток всерьез начался во время краха СССР и его футбольной лиги – в 1990 и 1991 годах. На фоне ожесточенных политических волнений в советских республиках, таких как Литва, Молдова и Грузия, внутренний футбол страны постепенно был уничтожен по причине выхода из всех лиг команд, представляющих теперь уже самостоятельные государства. «Динамо» Тбилиси, которое было триумфатором Кубка обладателей Кубков в 1981 году, покинуло советский чемпионат в 1989 году, а за ним последовали такие коллективы, как «Жальгирис» из Вильнюса и «Гурия» из Ланчхути.


Кампания 1991 года должна была стать последним сезоном, проводимым под советским флагом. В связи с официальным распадом СССР в этом году еще 12 команд вышли из высшей лиги, которая впоследствии была переформатирована в чемпионат России.


Западные клубы, которые раньше с интересом наблюдали за этими процессами и выжидали возможность использовать ранее незатронутый рынок, начали действовать очень быстро. Они махали огромными пачками денег перед носами футболистов, которые сталкивались с серьезной карьерной неуверенностью, потому как соблазн получать солидные суммы в марках, лирах или песетах, а не в скудных рублях, был очень велик, чтобы сопротивляться. В разговоре с Джонатаном Уилсоном в 2005 году бывший тренер «Днепра» Евгений Кучеревский отметил, что в СССР «футболисты зарабатывали меньше, чем уборщицы в Англии». Неудивительно, что многие прыгали от счастья, когда им представлялась возможность заработать немного денег в другой стране.


Киевское «Динамо», которое было гегемоном советского футбола в 1980-х годах при Валерии Лобановском, особенно сильно пострадало от дрейфа игроков на Запад. Украинский гранд в составе сборной СССР на чемпионате Европы-1988 представляли 11 футболистов. Однако за три года все они покинули страну. Одна из лучших команд Европы тех времен была эффективно ликвидирована потоком трансферной деятельности: с 1988 по 1991 год киевляне потеряли 17 футболистов, отправившихся в западные клубы.


Но киевские «динамовцы» были далеко не единственными, кто пострадал. Другие крупные клубы, как московские «Спартак» и ЦСКА, а также «Зенит», не могли сопротивляться, когда большинство их игроков хотело податься за границу. «Спартак», который обзавелся своим золотым поколением, выигравшим чемпионат СССР в 1987 и 1989 годах, мог только наблюдать, как весь этот «урожай» стал частью растущей диаспоры советских футболистов за рубежом. Ушли Вагиз Хидиятуллин, Сергей Родионов и Игорь Шалимов. В 1990 году 32 из 77 исходящих переходов в лиге произошли в иностранные клубы, в 1991 году этот показатель был равен 39 из 94.


Размывание игровых ресурсов на внутренней арене страны вскоре отразилось на составе национальной сборной. На Евро-1988 в советской команде не было ни одного футболиста из западного чемпионата, а уже на ЧМ-1990 в заявке из 22-х персон было 7 игроков-легионеров. После окончательного прекращения существования советского государства, на Евро-1992 отправилась сборная Содружества Независимых Государств, которая ненадолго стала преемницей команды СССР. В ее рядах игроков, выступающих за пределами бывшего советского государства было уже 11 из 20.


Для обозревателей чемпионатов, которые заполонили выходцы из советских республик, новоприбывшие изначально казались спортсменами из другого мира – той части суши, которая все еще считалась таинственной, экзотической и отдаленной. Советские футболисты той эпохи обладали некоторым мистическим статусом, что придавало им ауру спокойных и высокообразованных людей, едва ли не с научной степенью. Многие сталкивались с завышенными ожиданиями, которые основывались на их заслугах на родине, но далеко не все смогли оправдать их, когда оказывались в многонациональных западных клубах.


Некоторые громкие имена и вовсе оказались на обочине. Например, вингер Игорь Добровольский, который в 1990 году оказался в испанском «Кастельоне». Лучший футболист СССР 1990 года отличился лишь тремя голами в Испании, прежде чем продолжить карьеру в других более скромных европейских командах, где он абсолютно ничем не выделялся. Алексей Михайличенко (лучший футболист СССР 1988 года) отличился таким же количеством голов в 24 матчах за «Сампдорию» в сезоне-1990/91, после чего был продан в «Рейнджерс».


Журналист Джонатан Уилсон в своей книге назвал Заварова «провалом» туринского «Ювентуса», а Сергея Юрана – «дряблой иностранной звездой». Другой обозреватель Ян Фаррелл описал Беланова, как «неподготовленного к жизни на западе». Такие звезды советского футбола, как Федор Черенков и Анатолий Демьяненко, которые также признавались лучшими футболистами СССР, оказались, вероятно, слишком старыми к тому времени, когда пришла их очередь переехать на Запад.


Общий посыл в ретроспективных комментариях по поводу этих игроков, кажется, сосредоточен вокруг их неспособности адаптироваться в излишествам западного мира. Очевидным контрапунктом в этом ряду является Андрей Канчельскис, который в 1991 году покинул донецкий «Шахтер» для перехода в «Манчестер Юнайтед» Алекса Фергюсона и оставил неизгладимое положительное впечатление о советских футболистах.


Канчельскис, родившийся в Украине и имеющий литовские корни, быстро стал одним из любимцев фанатов в Англии, где его яркая, прямая и технически безупречная игра позволяла выделяться в лиге, в основном состоящей из довольно большого количества кустарных футболистов.


Однако большинство из тех, кто был частью этой первой волны советского экспорта, просто оказались где-то посередине между успехом и провалом. Александру Мостовому, который был непредсказуемым плеймейкером, после отъезда из «Спартака» в «Бенфику» в январе 1992 года потребовалось некоторое время, чтобы освоиться на Западе. Однако пережив трудное время в Португалии, он в итоге стал одним из самых почитаемых игроков в истории «Сельты», бросая вызов соперникам вместе со своим трудолюбивым соотечественником Валерием Карпиным. В Италии Игорь Колыванов и его тезка Шалимов оказались неотъемлемой частью «Фоджи», а впоследствии перешли в более сильные тамошние клубы.


Между тем, такие игроки как Дасаев, Алейников, Бородюк и Протасов (еще один футболист, признававшийся лучшим в СССР) с трудом вписались в западноевропейский футбол, хотя их совершенно точно нельзя назвать «промахами». Где-то такую же характеристику можно применить и к большинству тех, кто поучаствовал в великом оттоке с Востока на Запад. Но было бы неверным отрицать тот факт, что, по крайней мере, какое-то время приход советских футболистов интриговал обозревателей и болельщиков в тех странах, где раньше люди с этой части земной суши воспринимались исключительно как идеологические противники.


В настоящее время элитные игроки из стран бывшего СССР редко остаются в этом регионе, за исключением России. По большей части, сейчас только Генрих Мхитарян и Евгений Коноплянка (оба родились при СССР) играют в крупных европейских клубах. Другие таланты из региона достаточно в раннем возрасте высматриваются скаутами, представляющими интересы более богатых и влиятельных клубов. За этим следует предложение и, как правило, уже ничто не мешает таким игрокам уехать, ведь стимулов оставаться в родных странах у них откровенно мало.


Полная информация о всех талантах из бывших советских стран теперь легко доступна на Западе, а это означает, что отток ведущих футболистов, начавшийся около 30 лет назад, так и не закончился. Впрочем, важно понимать, что появление талантов с постсоветского пространства в топ-лигах Европы – явление относительно недавнее, а потому не стоит забывать о его, так сказать, первопроходцах.


Люк ДЖИННЕЛЛ

Перевод и адаптация на русский язык – Алексей СЛИВЧЕНКО