18 января 2018 17:31

Виктор МОРОЗ: "При Семине работа селекционного отдела "Динамо" строилась конструктивно"

Сегодня, 18 января свой 50-летний юбилей отмечает экс-полузащитник "Динамо", ЦСКА, израильских клубов "Хапоэль" (Беэр-Шева), "Маккаби" (Тель-Авив), "Хапоэль" (Цафририм), китайского "Ляонин Хувин" Виктор Мороз.


После завершения активной футбольной карьеры Виктор Васильевич продолжал применять свои знания на практике. Именно он стоял у истоков формирования (и первых успехов) сборной Украины по пляжному футболу, работал селекционером в "Динамо", входил в тренерский штаб Анатолия Демьяненко в "Насафе" (Узбекистан) и "Волыни". Накануне юбилея FootBoom встретился с Морозом, мы вспомнили славные страницы биографии. А рассказать юбиляру было что…


- Виктор Васильевич, у вас насыщенная карьера. Вы – киевлянин, но поколесили по миру, играли в Израиле и Китае, тренировали в Узбекистане. А в какой стране чувствовали себя наиболее комфортно?


- Я провел прекрасный период в Израиле. Что не вспомнить – кругом позитив. Знаете, меня до сих пор узнают на улицах Израиля. "О, Виктор, это ты?!", - могут окликнуть в любой момент.


- Сейчас часто бываете в Израиле?


- По-разному. Могу и три раза в год. Но приезжаю не по делам, а от случая к случаю: кто-то женился или отмечает юбилей. Помнят, зовут. Недавно "Маккаби" (Тель-Авив) отмечал 20-летие "золотого дубля" - победу в Кубке и чемпионате страны. Клуб собрал ветеранов, пригласили соперника, "Маккаби" (Хайфа). Так на стадион пришло 20 тысяч человек! Представляете? На матч ветеранов. Там чтут традиции, уважают былые заслуги. Все было организовано на высоком уровне. Но главное – это отношение, которое никакими деньгами не купишь.


- У вас осталось жилье в Израиле?


- Нет, только друзья. Как в той песне: "Не имей сто рублей…"


- Кто из друзей остался жить в Израиле?


- Александр Уваров. Он там местная легенда. Когда Уваров праздновал 50-летие, жена и дочка подготовили сюрприз. В тайне обзвонили всех друзей, пригласили. Представляете, сам именинник готовится и приходит на обычный семейный ужин в ресторан, а там его встречают человек 70! Сюрприз был большой. Из Киева был я и Леша Михайличенко.


- Вы ведь тоже оставили след в израильском футболе. Могли там остаться?


- Когда года два провел в Израиле, ловил себя на мысли, что с удовольствием жил бы там.


- Есть мнение, что эта страна далеко не всем подходит для жизни.


- Это действительно так. Но мне она близка. Была бы работа и гражданство… Уварову и Сереге Третьяку (экс-защитник "Черноморца" и сборной Украины – Прим.Авт.) дали гражданство. Ребята заслужили своей игрой. Но и мне ведь не на что жаловаться.


- В Израиле ведь и тогда был конфликт с Палестиной, случались ракетные обстрелы…


- Действительно. Но больше беспокоились мои родственники. Насмотревшись ТВ, звонили, расспрашивали. Я от них, пожалуй, чаще узнавал об обстрелах. В Израиле безопасности отводится особое внимание. Но там не зацикливаются, а делают свою работу, совершенствуются. Помню, в одном кафе произошел теракт. Были погибшие, взрыв повредил сооружение. Но буквально через неделю проезжаем мимо, смотрим – здание как новое, снова работает, сидят люди, пьют, кушают. Ни малейшего намека на недавнюю трагедию.


- А как вы оказались в Израиле?


- По протекции Михаила Соколовского – полузащитника "Шахтера". Он уехал чуть раньше. "Хапоэль" (Беэр-Шева) тогда искал игрока в центр поля и проходил сбор в Румынии. Помню, кругом горы, красивый пейзаж. Но мне и дыхание перевести толком не дали. У "Хапоэля" в тот же день была запланирована контрольная игра.


- Сразу провели проверку боем?


- Я только в гостиницу вещи занести успел. "Тайм сыграть сможешь?", - спрашивают. Я сыграл оба. А после матча подошел президент. Говорит, мы подписываем тебя. Договорились очень быстро. Через два дня я вернулся домой, собирать чемоданы.


- В "Динамо" не ставили палки в колеса?


- Договорились, что израильтяне обеспечат динамовскую школу формой, мячами. Все выполнили.


- К слову, а как у вас обстоит дело с местным языком?


- Я прекрасно понимаю иврит, могу разговаривать на этом языке, а вот читать - нет. В Беэр-Шеве занимался с преподавателем. Потом многие делали комплимент, что у меня правильный иврит (тот, который используют не на улицах, а в кнессете). Хотя вначале был комплекс, а вдруг скажу что-то неправильно, засмеют. Помогло то, что были похожие слова. Как-то слышу знакомое ругательство. "Что-что?" - переспрашиваю. "Да, Витя, тебе не показалось". "Лехк к ибене мать" на иврите переводится, как "Пошел к черту" (улыбается). А когда играл в Китае, пользовался английским. Тот опыт очень помог, потом меня и на переговоры часто делегировали.


- Например?


- Когда работали с Анатолием Демьяненко в "Волыни". Начиналось все радужно, но после возвращения с зимних сборов отношение начало меняться. Руководство искало повод, чтобы уволить нас по статье и не выполнять взятые обязательства. Евгения Жуховицкая (генеральный директор "Волыни" – Прим.Авт.), что только не придумывала.


- И в чем вас упрекали?


- После сборов, первая же игра - с "Шахтером". Мы проигрываем. Жуховицкая приглашает в кабинет и начинает отчитывать: - Да как вы могли проиграть "Шахтеру" в Донецке?! - Назовите мне хоть одну причину, по которой мы должны были обыграть "горняков"?, - беру слово. - Ну как! Вы же на сборах тоже жили в комфортабельном отеле, тренировались на хороших полях! А у нас тогда первая игра была с "Шахтером", а вторая – с "Динамо". Проиграли обе, тут и начался пресс, хождения по кабинетам.


- Не сдались?


- Не в моих правилах. Пригласил представителя научной группы, стали готовить письма.


- Объяснительные?


- Нет, с конструктивными требованиями. Говорю, пиши первое. Шапка, отступ, все по форме. "В связи с проведением следующего матча Премьер-лиги с "Металлистом" в Харькове, просим предоставить команде поля для тренировок такого же качества, как у соперника…". Потом второе. "В связи с проведением выездного матча просим предоставить трансфер и авиаперелет в Харьков". "Волынь" ведь на игры добиралась автобусом или поездом, но раз наши результаты меряют по сопернику, тогда и условия должны быть одинаковыми.


- Логично.


- На каждую тренировку брал фотоаппарат и делал снимки, чтобы было видно в каких условиях мы тренируемся. Вот это фото – это к "Металлисту" готовимся, весенние реалии Луцка. Грязь месили, а с нас требовали как с "Шахтера".


- Ваши аргументы были услышаны?


- Постоянно находились новые и новые причины. Пытались обманом, искали любой повод. Потом Жуховицкая и вовсе говорит: - Вы можете не приходить больше на тренировки, деньги, которые должны, мы вам выплатим. - Без вопросов, - отвечаю. – Только напишите своей рукой, что вы нам запрещаете появляться на стадионе.


- Страховались?


- А на таком уровне на слово верить нельзя. Уверен, не приди мы трижды на тренировку, нас бы уволили по статье и заработанные деньги никто бы выплачивать не стал.


- Похоже, у вас была хорошая жизненная школа… Наверное, израильская закалка дает о себе знать?


- В Израиле мне страшно повезло с президентом, который буквально с первых дней взял меня под свою опеку. "Виктор, если что-то нужно, звони напрямую. Можно через администраторов, но это долго". Когда я уже заиграл, проявил себя, президент пригласил в Израиль родителей. Собрал всех дома, очень тепло общались. Родители, понятно, волновались, непривычная обстановка, да и оказаться за границей – это событие! А потом президент вдруг обратился к ним с просьбой. - Виктор для меня стал как сын, можно я его буду так называть? Родители опешили, небольшое замешательство, потом кивают головами: "Да, конечно". Он меня и сейчас сыном называет. Ему на днях исполнилось 80 лет, звонил, поздравлял. Когда бы не приехал в Израиль, обязательно встречаемся.


- В Израиле президенты так часто себя ведут?


- Мой случай - скорее исключение. Повезло встретить такого человека. Но контракты - мой всем совет - всегда нужно изучать очень внимательно. И это касается не только Израиля. Прежде, чем ставить подпись, нужно учитывать нюансы, если нужно – детализировать. -


- Что имеете ввиду?


- Например, в контракте может быть написано, что клуб предоставляет квартиру.


- Ну, так это ж хорошо.


- Но при этом не лишним будет прописать, что в квартире должны находиться: стиральная машина, микроволновая печь, посуда, постельное белье, те же обои…


- ???


- Не удивляйтесь. Были случаи, когда жилье предоставляли с голыми стенами. И потом можно хоть головой стучаться – без толку. Ведь в контракте не было написано, что там должно быть. А если что-то не устраивает, так магазин рядом, иди и покупай. Но уже за свои деньги. Если по контракту положена машина, то не поленитесь прописать какой класс, какой объем двигателя. Вы же наверняка часто слышите фразу: "Мелочей в футболе не бывает". При составлении контрактов их тоже не должно быть.


- Большой спорт – это большой обман?


- Каждый отстаивает свои интересы. Один клуб в контракт включил пункт, что если игрок не собирается пролонгировать соглашение, то за два месяца должен письменно уведомить руководство клуба об этом. В противном случае контракт продлевается автоматически. И были случаи, когда футболисты, уже договорившись с другой командой, шли в офис за документами, а там получали обоснованный отказ. "Какой переход? У тебя с нами контракт еще на три года. Вот, читай".


- Вы являетесь воспитанником известного детского тренера Александра Шпакова, который затем воспитал обладателя "Золотого мяча", самого успешного украинца за границей Андрея Шевченко. В чем уникальность этого специалиста?


- Сан Саныч дал мне много помимо футбола. Он много общался - с командой и индивидуально. Увидев, что я не дорабатываю, он попросил перед уходом с тренировки заглянуть к нему в кабинет. - Витя, я даю задания, но за всеми усмотреть не могу. Если я где-то отвернулся, не обращай внимания на других, делай, что просит тренер. Он умел создать коллектив, та наша команда была как семья. Раньше не было такого изобилия СМИ – две-три спортивных газеты на всю огромную страну. Так он приносил газеты, вырезки. Собирал нас вокруг и читал интервью или статью. А потом мы все обсуждали.


- После динамовской школы вы попали в дубль?


- Была традиция, выпускной класс играет с дублерами "Динамо". На такие матчи обязательно приходил тренерский штаб во главе с Валерием Лобановским. Смотрели, кого нужно придержать для дубля. Обратили внимание и на меня.


- Но вас тоже долго "мариновали" во второй команде. Не было мыслей бросить все уйти в другой клуб?


- Были. После нескольких лет в дубле настолько разуверился, что даже не пошел на тренировку, которую проводил Виктор Колотова. Направился прямо в кабинет Лобановского. Там раньше рядом стоял бильярдный стол. И пока я ждал аудиенции, мимо проходил Анатолий Пузач. Он знал зачем я пришел. Остановился. Изучил позицию на бильярдном столе и говорит: - Витя, если забью вот тот шар, то все будет нормально. Взял кий, ударил, в лузу!


- Разговор с Валерием Васильевичем прошел легко?


- Лобановский долго не говорил, но умел так переключить тумблер в голове... Андрей Баль, царствие ему небесное, часто вспоминал: "Вот всегда так. К Лобановскому идешь со своим мнением. Уверенным на сто процентов. А возвращаешься с его".


- А с каким мнением вы тогда заходили в кабинет тренера?


- Я провел уже три года в дубле. При этом играл в юношеских сборных Союза, молодежной команде страны. Хотелось попробовать себя на серьезном уровне. Предложения были, тот же Константин Бесков приглашал в Москву. Звали в Чехию…


- И что сказал Лобановский?


- Витя, туда ты всегда успеешь. И играть там будешь. Но ты киевлянин, ты сначала здесь докажи, чего стоишь. Сейчас футболисты будут уезжать, у тебя будет шанс, которого ты ждал. Я вышел из кабинета, быстро переоделся и побежал к Михалычу (Виктору Колотову, - Прим.Авт.) на тренировку. С детства мечтал играть в "Динамо", Лобановский нашел нужные слова.


- Дублеры "Динамо" тренировались бок о бок с главной командой?


- На соседних полях. Но если кто-то выпадал из-за здоровья, привлекали нас. Помню, попал в звездную четверку – Блохин, Заваров, Евтушенко и я. Играли против четырех защитников, отрабатывая игру в атаке и выход в контратаку. Я толком даже разволноваться не успел - сразу темп, некогда размышлять о вечном. Помню, Паше Яковенко тогда корпус поставил, тот завелся и пошло-поехало… Зато когда заходили в лобби, Паша подошел, руку подал: "Молодой, молодец!"


- Вы ведь тоже прошли через колоссальные нагрузки?


- Как и все. На сборах Валерий Васильевич мог заставить бежать тест Купера (самое нелюбимое для меня) дважды в день. До тренировки и после. Или, чтобы простимулировать, говорит, кто не вложится в норматив утром, того жду на тест еще и вечером.


- Кроме "Динамо" с этим нормативом еще где-то сталкивались?


- В Китае. Там перед подписанием контракта нужно было пройти два тестирования в обязательном порядке. Тест Купера и челночный бег: 5, 10 и 15 метров. А я тогда первый раз оказался в условиях высокогорья. 1 800 метров над уровнем моря. Не знал, что такое, когда кислорода не хватает. Одел часы и вышел на дистанцию в семь кругов. Пробегаю два – темп нормальный, все легко. Успокоился. А после четвертого, чувствую, начинаются цветочки. В груди все останавливается, дышать все хуже и хуже. После пятого мне уже не хотелось ни футбола, ни Китая, только бы выжить. А нужно еще два пробежать!


- Остановились?


- Нет. Привык все доводить до конца. Решил, даже если не уложусь по времени, с дистанции не сойду. Когда пошел на седьмой, последний круг, меня словно прорвало, открылось второе дыхание. Начал прибавлять, но тут свисток. Не добежал до финиша 60 метров. Пошел к агенту, говорю, беру билет и домой. Он меня час отговаривал. Убеждал остаться. Второе тестирование должно пройти в Пекине, а там легче будет бежать. И действительно, там 3 200 я пробежал с запасом, потом перешел на трусцу, ждал свистка.


- Вы закончили играть в 32. Потом дали интервью, в котором сказали следующее: "В Китае мог бы еще играть, но случилось то, о чем я никому никогда не скажу. Человеческий фактор вмешался. Какой? Пусть это будет тайной". Может, пришло время приоткрыть завесу?


- Не люблю вспоминать ту историю. Скажу только, что тем человеком был мой соотечественник. Китайцы поступили порядочно, а земляк говорил одно, а за спиной делал другое. Бог ему судья.


- Вы затем еще "попылили" в пляжном футболе. Играли и забивали.


- В Украине пляжный футбол тогда только зарождался. Сборной руководил Олег Саленко, но потом произошли изменения. Меня хотели назначить за его спиной, но я позвонил Олегу, спросил его мнение. "Все нормально, работай". Сборная тогда попала на чемпионат Европы (2004 года), причем с первого места в группе. На ЧЕ в Монако первый же стыковой матч пришлось играть с действующими чемпионами Европы испанцами, за которых выступал бывший футболист Хулио Салинас. Но Украина сотворила сенсацию – мы выиграли. Та игра произвела такое впечатление на принца Монако Альбера, что он проявил инициативу к знакомству. Общались с ним на английском – располагает к себе, никакой звездности. Прощались как старые друзья. К слову, сборная тогда заняла третье место на чемпионате Европы, пробилась на чемпионат мира, где финишировала шестой.


- У вас в ванной комнате стоят весы. Следите за формой?


- У меня нет проблем с весом, но для себя интересно. После завершения карьеры прогнозировал, что наберу три-четыре килограмма. Так и случилось. После этого вес не менялся. А я ведь страшный сладкоежка. От водки могу отказаться, а от сладкого – нет (улыбается).


- Говорят, что ваше поколение умело расслабляться…


- У каждого свое понимание. К слову, нам врачи рекомендовали для снятия стресса употреблять спиртное. В эквиваленте 150 грамм водки на организм.


- После игры?


- После игры ничего не хочется – ни есть, ни пить.


- Многие спортсмены курят. Это не мешает?


- Мне понравился ответ Аллы Пугачевой на этот счет. Аллу Борисовну как-то спросили: "Вот вы курите, а разве вам это не мешает петь?"


- Вы знаете, когда я пою, я не курю. Поэтому не мешает, - ответила прима. - Интересный пример, но футболисты – это спортсмены…


- Тогда вот вам другой пример. У меня есть прекрасный друг, чемпион мира по кикбоксингу Витя Дорошенко. Он два раза бросал курить. Второй раз - в разгар карьеры. Считал, что станет сильнее. В его весовой категории был принципиальный соперник. Витя всегда выигрывал досрочно, но после того, как бросил курить, бой затянулся. Судьям для определения победителя, едва ли не впервые, пришлось считать очки. Дорошенко выиграл, но уходя с ринга, тот парень сказал: - Видишь, я же говорил, что скоро буду тебя побеждать. Жди. Проходит чуть времени, они снова встречаются на соревнованиях и Виктор "упаковывает" своего конкурента в первом раунде. К тому времени он вернулся в привычный режим. С тех пор экспериментов с курением он не проводил. А вскоре стал чемпионом мира. Но только вы не подумайте, что я агитирую за курение. Нет-нет. Просто у каждого свой путь. Это все индивидуально. -


Вас травмы обходили стороной?


- Серьезных не было. Хотя, во время перехода в "Маккаби" на медицинском обследовании сделали рентген и доктор шокировал меня вопросом: - В каком году у вас был перелом? - Я никогда ничего не ломал, - отвечаю. - У вас кусок малой берцовой кости отколотым был. Значит, перетерпел.


- Вы два года проработали в селекционном отделе "Динамо", который тогда возглавлял Владимир Онищенко.


- Это было при Юрии Семине. В наш отдел входили Андрей Биба, Владимир Лозинский и Берислав Станоевич. Юрий Павлович всех собрал, изложил свои предложения по новичкам, обозначил проблемные позиции, а также выслушал нас. Работа строилась конструктивно, был прямой контакт с главным тренером. Это важно.


- В "Динамо" было несколько футболистов с фамилией Мороз. Вас ведь часто путают?


- Есть такое. С Юрием (Юрий Леонтьевич Мороз – тренер дублирующего состава "Динамо" - Прим-Авт.) нас даже братьями называли. "Привет, брат!", - мы и сейчас шутим на этот счет по телефону. Он ведь тоже в Израиле играл. Как-то его остановила полиция за превышение скорости. Смотрят документы: "А, Мороз, Беэр-Шева, футболист!". Вернули права и пожелали счастливого пути. Но Юра играл в других командах, получается, с него должок, воспользовался моей популярностью (улыбается).


- У многих футболистов в карьере есть особенные матчи. Например, Виктора Леоненко в прямом смысле несли на руках после победы над "Спартаком" в Лиге чемпионов. У вас что-то подобное было?


- Особенно памятный матч "Хапоэль" - "Бейтар". Это наш самый принципиальный соперник, но мы его очень долго не могли обыграть. И вот поединок в Беэр-Шеве, собрался полный стадион, все кипит. Я тогда два гола забил! Сначала удачно сыграл на подборе после углового. А позже обыграл троих соперников и точно пробил издали. Мы выиграли - 2:1. Ох, что тогда творилось! В конце матча я еще и пенальти пошел бить, правда, неудачно. Но это уже не имело никакого значения. Когда прозвучал финальный свисток, болельщики не стали расходиться, окружили нашу раздевалку. Спрашивали, когда я выйду. Впервые пришлось воспользоваться черным выходом, соблюдая полную конспирацию.


- В Израиле еще помнят те ваши подвиги?


- А как же. На интервью приглашают. Одно из них храню. Мне даже перевели его, я ведь, повторюсь, не читаю на иврите. Озаглавили - "Маэстро". Виктор Мороз: украинский Маэстро, сын - президента, друг - принца