4 сентября 2018 15:30
2
Сергей ПОПОВ: "Исаенко забивной мальчик, но ему не хватает фактурности"

Предлагаем вашему вниманию вторую часть эксклюзивного интервью с экс-защитником донецкого Шахтера и сборной Украины Сергеем Поповым.


В первой части интервью Сергей Попов рассказал о своих первых шагах во взрослом футболе, становлении Шахтера как одного из ведущих клубов Украины, своей командировке в Зенит и дебюте горняков в Лиге чемпионов. Сегодня — продолжение разговора.


«У Шустера не сложились отношения с командой»


— Что не получилось в Шахтере у Бернда Шустера?

— То же самое, что и у Бышовца. Не сложились отношения с командой. Он был немного закрыт в себе. Немец пришел сам, взяв только одного помощника, по физподготовке, который в футбольную часть, как я понимаю, вообще не вникал. И все проблемы, которые возникали в игре, он решал сам. Но не всегда самый главный — самый умный. Скажу честно, Скала добился результатов во многом благодаря своему ассистенту. Я в этом убежден. Знаю, что он советовал Скале, какие замены делать. Даже на тренировках были моменты, когда они по пять минут спорили, как мы должны перестраиваться. Затем Скала поднимал руку и говорил: «Я согласен».


У Шустера этого не было, и когда мы выиграли много матчей подряд, видимо, наступила какая-то самоуспокоенность. А когда возникли проблемы — некому было подсказать. Я думаю, что это и повлияло.


— Удивились, когда он после Шахтера через несколько лет возглавил Реал?

— Есть тренеры, которые добиваются результата, а есть те, у которых есть только имя…

— Но у него больше имя, как у игрока…

— У Зидана тоже. Но он же начал тренерскую работу и добился результата. Сейчас многие футболисты благодаря имени начинают тренерскую карьеру. Из свежих примеров — Стивен Джеррард. Сейчас все говорят, что Ювентус не столько приобрел Криштиану Роналду, сколько сделал имиджевый ход. Так может быть, и Реал тогда сделал рекламный ход.


— Почему покинули Шахтер во второй раз?

— Пришел Луческу, начались сборы. А я получил травму и выпал на некоторое время. Луческу меня вызвал и сказал, чтобы я успокоился и работал. Но потом меня не заявили на Лигу чемпионов. Тут уже взыграли эмоции, я не смог взвешенно оценить ситуацию. Забыл об интересах команды. Пошел к руководству и спросил, могу ли я уйти в другую команду. Помню, как сейчас, мне тогда сказали: «Не спеши. Вылечись, поиграй и докажи». А я ответил: «Нет». Яремченко тогда тренировал Металлург Запорожье, он сказал: «Приезжай, ты будешь играть». Вот так я оказался в Запорожье.


— Сейчас не жалеете об этом?

— Ну как сказать? Если смотреть со стороны — в составе Шахтера я бы, наверное, дольше оставался в футболе. Но в игровом плане я бы, наверное, не потянул. Столько не провел бы матчей. Но у меня так прошла карьера — я бы не смог сидеть на скамейке запасных. Возможно, это нехватка выдержки, где есть место ротации, распределение нагрузки. Возможно, я и жалею об этом. Но я сам виноват, сам снизил требования к себе. С другой же стороны, в Запорожье я тоже нашел новых друзей, да и игралось там интересно. Задачи, конечно, были другие.


— Можете сравнить работу с Луческу, Скалой и Шустером?

— Луческу — самый успешный из них всех, поэтому он и проработал больше. Результаты говорят сами за себя. Но Скала и Шустер по полгода или год поработали и ушли. Скалу мы называли дедом, он был седой и хотел нас, взрослых мужиков чему-то научить, каким-то даже жизненным аспектам. Луческу уже на первом собрании сказал: «Я люблю работать с молодыми игроками, потому что у них еще не сформировано самосознание, а у игрока после 30-ти уже сформировано, и все нововведения тренера он воспринимает со скрипом, все подвергает сомнению».


— Против кого из нападающих вам было сложнее играть?

— Труднее всего было против высокого форварда дортмундской Боруссии Яна Коллера. Задача была — не проиграть ему борьбу. А там человек на голову выше. Очень сложно было. Играл против Шукера — он повертел меня изрядно. Сложно было против Рауля, когда играли с Испанией, но я сломался на 20-й минуте…


«Мяч не искали, он улетал в Альпы»


— Какой самый экзотический выезд?

— На сборах с Шахтером в 1992 году в Швейцарии. Кажется, играли против Лугано. Ехали три часа в горы, по такому серпантину, что полкоманды тошнило. Приехали, смотрим: стоит гора, а в ней — вырублено футбольное поле. Если мяч вылетал за пределы поля, то его не находили, он улетал в Альпы.


— Ваш феноменальный гол в ворота тернопольской Нивы — случайность или так и хотели пробить?

— Признаюсь по секрету: я все время тренировал этот удар (смеется). На тот момент, когда Тимощук прострелил, чтобы, не пробежать мимо мяча, я не придумал ничего лучшего, чем ударить пяткой в падении.


— Фонсека достойно справляется с наследством Луческу?

— Если команда достигает результата, то да. Что будет дальше? Многие говорят, что стиль тренера проявляется на третий сезон. Сейчас это момент истины для Фонсеки — справится ли он или нет. Лига чемпионов станет лакмусовой бумажкой.


— С кем из бывших одноклубников сейчас поддерживаете связь?

— В хороших отношениях с Димой Шутковым, Геннадий Орбу, Олегом Матвеевым. И с теми ребятами, которые сейчас работают в Шахтере, общаемся. Живем все-таки в Киеве. С легионерами — меньше. С Войцехом Ковалевским иногда переписываемся, Мариуш Левандовский приезжал на учебу, пообщались с ним.


— Скучаете по Донецку?

— Конечно. Давно уже там не был. Иногда ностальгия чувствуется, но с каждым годом она притупляется.


«В 90-е тяжело было договориться о спарринге для сборной»


— Вы 10 лет играли за сборную Украины. Что в 1993 году представляла собой национальная команда?

— Тогда было очень тяжело сказать, что собой представляет сборная. Было очень мало международных матчей. Тяжело было с кем-то договориться о спарринге.


— В своем дебютном поединке против Израиля сильно переживали?

— Первый матч я сыграл с поляками в Польше. Но он почему-то проходил не под эгидой УЕФА, как я понимаю. Волнение все равно присутствовало, хотя это был неофициальный матч. Но это все в первые минуты, потом игра затягивает.


— Помните ваш первый гол в ворота сборной США?

— Очень смутно. По-моему, Леоненко выиграл борьбу и пробил, а я сыграл на добивании.


— Что запомнили из этой поездки в Штаты?

— Америка — другой мир. На то время поразили стадионы, на которых мы играли. Не столько архитектурой, сколько атмосферой. Людей было очень много. Там умеют продавать продукт, целое шоу устраивали. А еще все это запомнилось тем, что нас в гостинице обворовали прилично, пока мы были на стадионе. Наши деньги украли, оставили нам по доллару, чтобы мы не умерли с голоду. Это было на границе с Мексикой. Видимо, кто-то из местной прислуги.


«Мы со Скрипником удивлялись, как попали в такую компанию»


— Вы играли в плей-офф к чемпионату мира-1998 против Хорватии. В ответном матче вы были единственным игроком в стартовом составе не из Динамо. Как находили взаимопонимание с киевлянами?

— Мы тогда еще со Скрипником удивлялись, как попали в такую обойму. На поле проблем со взаимодействием не было. До этого ведь тренировались вместе. Всех игроков я знал.


— Чего не хватило тогда, чтобы обыграть Хорватию?

— Как бы банально не звучало — все того же опыта. Плюс мы, видимо, не до конца осознавали, что нам может дать чемпионат мира. Хорваты больше хотели, они понимали, что если поедут на мундиаль, то сразу заинтересуют серьезные клубы. Мы, наверное, не понимали этого.


— Как раз примерно в это время Динамо громило Барселону в Лиге чемпионов. Костяк сборной составляли многие из той команды…

— Да, но у меня, к примеру, не было такого опыта. Плюс эти матчи киевлян как раз наложились на поединки с Хорватией. Может, силенок и не хватило.


— В отборе к Евро-2000 вы два раза сыграли вничью со сборной Франции — действующим чемпионом мира, будущим чемпионом Европы. Это дорогого стоит?

— Это разные ситуации. С Францией мы играли матчи локального значения, после них оставались еще поединки с Арменией и другими сборными. А с хорватами было двухматчевое противостояние. У Франции даже выиграть могли, на выезде так точно. У Шевченко был железный момент. Возможно, французы не до конца изучили нас.


— Если бы обыграли Францию, то они могли бы вообще не поехать на Евро…

— В футболе нет сослагательного наклонения. Франция поехала на Евро, а Хорватия — на мундиаль. А мы сидим и вспоминаем это.


— Как вам работалось с Сабо?

— Работалось нормально. Тренировки в сборной не такие длительные, как в клубе. Да и тренер, как правило, более сдержанно себя ведет. То, что он импульсивный человек — этого не отнять. Но, повторюсь, работалось с ним нормально.



«Все голы за сборную забил головой»


— Ваши голы Португалии и России — воспоминания на всю жизнь?

— Да. Португалия — это первый серьезный соперник. Полный стадион, забивал гол на высоком уровне. С Россией то же самое — полный стадион, плюс первый матч отбора. Играют гимны, вся эта атмосфера… Радость, когда забиваешь, остается навсегда. По-моему, все свои голы за сборную я забил головой.


— Изначально хорошо владели этим компонентом?

— Наверное, да. Еще в школе учили играть головой. А по юношам ездили в спортивные лагеря, нам было по 14-15 лет. Там нас вел Виталий Старухин, он давал конкретные подсказки, как научиться играть головой. Все это дало результат.


— Лобановский справедливо относился к игрокам Шахтера?

— Повторюсь, что на краткосрочных сборах было очень мало времени для бесед с тренером, для каких-то выводов. Из того, что я помню, — он пытался выжать максимум из футболистов. Он получал все, что хотел, от каждого игрока. Как и любой тренер, он ставил того футболиста, которого лучше знал, которому доверял. Поэтому в какой-то мере динамовцам было проще получить место в составе. Хотя, когда Лобановский работал со сборной и вызывал меня, я уже был в худшем состоянии, чем до этого.

— Что-то запомнили из его афоризмов или установок?

— Помню, я зашел в раздевалку, а там висела надпись на доске: «При угловом в своей штрафной — одно касание на всю команду» (смеется). Не знаю, кто это написал. Но это висело в раздевалке, значит, скорее всего, было согласовано с Лобановским.


«Петраков выжал максимум из своей сборной»


— Сейчас вы возглавляете сборную U-19. Кого выделите из вашей команды?

— Я не сторонник кого-то ставить выше целей коллектива, но у таких исполнителей, как Сикан, Супряга, Цитаишвили, Кащук и Снурницын, М.Мудрик есть большие задатки для того, чтобы стать большими мастерами. Но как они распорядятся своим талантом, пока вопрос.


— Много сейчас говорят о Владиславе Супряге. Ему по силам уже сейчас стать основным форвардом в Динамо или он еще слишком молод?

— Что касается физических и технических кондиций Влада и умения играть в футбол, я думаю, он сможет, причем уже сейчас. Но международные матчи — это не только принимать, останавливать мяч и бить. Это и психологическое напряжение. К этому нужно быть готовым. Одно дело играть в первой и второй лиге, и совсем другое — в Премьер-лиге и международных матчах.


— Евгений Исаенко тоже много забивает…

— Талантливый футболист, забивной мальчик. Но ему не хватает фактурности. Есть очень много таких ребят, им это мешает. Но, тем не менее, Женя очень полезен, как для Динамо, так и для сборной.


— Что скажете о Цитаишвили?

— У него хорошие технические и скоростные качества, но есть и еще одна очень хорошая черта — спортивная наглость, смелость. Он не боится играть, любит красоту и эффектность. Не хватает только понимания, что делать на своей позиции, чтобы быть самым эффективным.


— Многие отмечали, что сборной Петракова на Евро-2018 в Финляндии мог бы помочь Алексей Кащук…

— Цитаишвили выдал несколько хороших матчей, а потом подустал. Если бы в команде был Кащук, может быть, это добавило динамики, остроты. Я считаю, что он бы повысил потенциал команды. Возможно, в игре с португальцами что-то пошло бы по-другому. Травма не позволила ему сыграть на Евро.


— Полуфинал юношеского Евро — это потолок для нашей сборной?

— Не скажу, что потолок. Но, учитывая наши внутренние проблемы, мы забрались далеко. Считаю, что Петраков выжал максимум из этой сборной.


Никита ДМИТРУЛИН

Месси сильно фактурный был, когда начинал феерить)))
Вам эскулапы только фактурность и подавай. Где он "очень много таких ребят" увидел, если их руки "таких" своей фактурностю еще в детстве переделать стараются. И как это им мешает?!