24 апреля 2018 18:36
Трагедия капитана "Ромы". Он застрелился ровно через 10 лет после поражения от "Ливерпуля"

Агостино Ди Бартоломеи казался классическим итальянским футболистом: умным, невозмутимым, стойким. Он подавал пример остальным, был лидером для одноклубников, кумиром для фанов Ромы» и Капитаном для всего футбольного мира.

Однако у каждого человека есть секреты и потаенные грани. Ди Бартоломеи увлекался искусством и не зацикливался на футболе. На вопрос о том, кто является кумиром для него самого, он неожиданно называл Джорджо ди Чирико, художника, близкого по стилю к сюрреализму. В 1983, после того как «Рома» завоевала чемпионство впервые за 41 год, Ди Бартоломеи предложили написать что-то вроде колонки для одной из спортивных газет. Он назвал победу в Серии А «историческим моментом», но призвал болельщиков римского клуба «не впадать в провинциальность и не забываться, празднуя этот успех», потому что «не все хотят, чтобы их беспокоили».

У него также было два образования, и он считал, что любой мальчишка, который мечтает обрести себя в спорте, должен развиваться разносторонне и получать знания. Тонкая натура Агостино с легкостью могла послужить отличным контраргументом для тех, кто считал всех футболистов примитивными деревенщинами.

То время в «Роме» было для него золотым: он был столь же элегантен на поле, как и за его пределами, исполняя роль «свободного защитника» или обеспечивая переход из обороны в атаку на позиции полузащитника. Вместе с ним играли Бруно Конти, Тониньо Серезо и Пауло Фалькао. Эти люди вели «Рому» к успеху и в Европе: в 1984 команда вышла в финал Кубка европейских чемпионов. «Данди Юнайтед», с которым «Рома» встречалась в полуфинале, позже предъявлял претензии: стало известно, что президент римлян Дино Виола пытался подкупить судью перед ответной встречей. Однако «Роме» не была нужна помощь рефери для победы, она играла вдохновенно и творила на поле.

Был и еще один повод биться за европейский трофей в том сезоне – это место проведения финала. Главный матч против «Ливерпуля» состоялся на «Стадио Олимпико» в Риме, и для «Ромы» это был шанс написать историю в своем вечном городе. Они бы стали европейскими чемпионами, а их лидер Агостино поднял бы трофей над головой на глазах бесчисленных толп римлян.

После 120 минут напряженной борьбы, судьба еврокубка решалась в серии пенальти, и «Рома» вплотную приблизилась к триумфу. Молодой Стив Никол из «Ливерпуля» пробил выше ворот, а Ди Бартоломеи исполнил ответный удар точно и в своем фирменном стиле, практически без разбега. Рим был готов к празднованиям, и даже Ди Бартоломеи в тот момент не отказался бы от громкой вечеринки.

Вот только до вечеринки так и не дошло. То, что случилось, стало одной из славных страниц в истории еврокубковых успехов «Ливерпуля»: опытные игроки англичан выдержали напряжение, а кривляния кипера Брюса Гроббелара привели к тому, что Конти и Франческо Грациани не реализовали свои удары. Автором решающего одиннадцатиметрового стал защитник Алан Кеннеди.

История Кубка чемпионов и Лиги чемпионов знает немало фантастических развязок, которые стали громкими успехами для одних и трагедией всей жизни для других. Для «Ромы» 30 мая 1984 обернулось крушением надежды, особенного горьким от того, насколько близка была победа. Итальянский журналист Тонино Кануччи написал книгу, которая называлась «55 секунд». На протяжении 55 удивительно прекрасных секунд казалось, что «Рома» станет лучшей командой Европы. В книге Кануччи написано: «Нет более сладкой победы, чем победа, о которой вы мечтали и молились, к которой стремились, которую вы отстаивали и вырывали… и которая продлилась всего 55 секунд».

На Ди Бартоломеи, капитана той «Ромы», поражение в финале Кубка чемпионов подействовало сильнее всего. К ярости обожавших его болельщиков, тем же летом он был продан в «Милан» – руководство римлян затеяло обновление состава под руководством нового коуча Свена-Горана Эрикссона. «Тебя бросила «Рома», но не твои болельщики», – написали фаны «Ромы» на баннере в последнем матче своего капитана.

С тех пор карьера Ди Бартоломеи, несмотря на всеобщую любовь, никогда не поднялась на высоту, к которой он был мучительно близок той ночью в Риме. А спустя ровно 10 лет после римского финала, 30 мая 1994, над прекрасной прибрежной виллой в Сан Марко-ди-Кастеллабате раздался выстрел: легендарный капитан «Ромы» вышел на веранду и застрелился.

«Я был опустошен, когда услышал об этом, -– вспоминает английский форвард Марк Хэйтли, который играл с Ди Бартоломеи в «Милане». – Он был удивительным игроком, на какой бы позиции не выступал: в центре защиты в дуэте с Франко Барези или поддерживая из глубины центр поля в амплуа, которое сейчас стало очень модным. Мы были удивлены, когда он пришел в «Милан» из успешной тогда «Ромы», но он быстро стал важным человеком в нашей раздевалке. У нас было много лидеров: вратарь Джованни Галли, Мауро Тассотти, Франко, Рэй Уилкинс. Агостино был другим».

«Он был несокрушимым парнем с большой душой. Помню, как-то мы вернулись в расположение клуба после игры в воскресенье вечером и остались там, потому что у нас был следующий матч в середине недели. Все было закрыто, а он просто пошел на кухню и приготовил для всех ужин. Он был таким – на поле и за его пределами. Я видел в нем человека, который постоянно пытался сделать для всех что-то большее. Но случилось то, что мы не один раз наблюдали в футболе: депрессия, которая овладевает людьми после ухода из спорта, приканчивает их».

После трех лет в «Милане», болтавшемся тогда между дивизионами из-за скандала с договорными матчами, Ди Бартоломеи остаток карьеры провел в маленьких «Чезене» и «Салернитане». Он завершил карьеру в 1990 в 35 лет – Италия было охвачена ажиотажем в связи с приближающимся Чемпионатом мира, и уход легенды остался почти незамеченным.

Автор биографии Ди Бартоломеи Джованни Бьянкони рассказывает о том, как сложилась жизнь игрока после завершения игровой карьеры. Он ждал предложений о возвращении в футбол, особенно от родной для него «Ромы» – в качестве тренера, эксперта или скаута – но их не поступало. Игра уже казалась слишком современной и быстро меняющейся для такого человека, как Агостино – даже в бытность футболистом он казался личностью, принадлежащей другому времени. Он не находил себе места даже когда был неизменной частью футбольного мира, а после завершения карьеры несовпадение только увеличилось.

Он пытался начать бизнес, но в результате только влезал в долги, но даже эти его проблемы казались незначительными по сравнению со всем, что проходило мимо него. Коллекционировал картины, с головой ушел в классическую литературу и музыку, но никак не мог обрести себя. Позже стало известно, что Бартоломеи долго время страдал от депрессии. В записке, которую он оставил для жены и детей, говорилось, что он чувствовал себя «затянутым в черную дыру». На следующий день после его смерти одна из итальянских газет вышла с заголовком «Слишком одинокий чемпион».

До конца неясно, было ли совпадением то, что он покончил с собой ровно спустя 10 лет после одного из самых больших разочарований в своей жизни. Горечь от того, как могла бы сложиться его жизнь, если бы «Рома» победила, и ответственность, которым ложились на его плечи успех и известность, тяготили его, но еще болезненнее оказалось забвение. «Папа, я никогда не верил и не хотел верить в то, что в тот момент ты думал о поражении в глупом футбольном матче. Что значил этот глупый футбольный матч, когда перед тобой была вся жизнь, а рядом с тобой были любящие жена и дети?», – написал сын Бартоломеи Лука в предисловии к одному из изданий биографии футболиста.

Мы точно не узнаем, что сыграло решающую роль в трагической истории Агостино Ди Бартоломеи. Ощущение поражения, которое он испытывал, завершив карьеру, от неустроенности в жизни, могло совпасть с ощущением поражения, которое он потерпел в главном матче своей жизни. Конец Ди Бартоломеи мог начаться за десять лет до того, как он расстался с жизнью.